Восьмеричная логика Махавиры

Для начала вспомним, откуда «ноги растут». Эпизод фильма «ДМБ» – диалог старослужащего и новобранца посреди российских полей:

- Видишь на поле суслика?

- Нет.

- А ведь он – есть!..

Итак:

1. Суслик в поле ИЛИ есть, ИЛИ его там нет – здесь всё достаточно привычно.

И снова отметим важный момент – в этой посылке тривиальной двоичной логики правая часть вытекает из левой. Если в правой части суслик есть, значит, в левой однозначно утверждается, что его не может не быть. Если же в правой части суслика нет, значит, в левой однозначно утверждается, что его быть не может.

2. Суслик в поле, ВОЗМОЖНО, есть, ВОЗМОЖНО, его там нет – первый осторожный шаг к неопределённости как одной из категорий Реальности.

Ограничением данной посылки, всё ещё понятной тривиальному уму, является прежняя взаимная зависимость и выводимость левой и правой частей. Если неопределённость появилась в левой части – «возможно, суслик есть» – она тут же возникает в правой – «возможно, его нет». То есть это не та настоящая неопределённость, в которой нет абсолютно никакой зависимости между частями выражений; это не та настоящая неопределённость, которая на то и неопределённость, чтобы различные части выражения жили своей самостоятельной жизнью и не были бы связаны какими-либо определёнными закономерностями. На самом деле это – лишь псевдонеопределённость, которая, однако, служит хорошим трамплином во Вне…

3. Суслик в поле ТОЧНО есть, но, ВОЗМОЖНО, его там нет (обратное: суслика в поле ТОЧНО нет, но, ВОЗМОЖНО, он там есть) – the last frontier of triviality.

Последний бастион тривиальности, тем не менее, довольно часто используемый в быту. Разве не приходилось нам выдавать озадаченному собеседнику конструкцию вроде той, которая указана в посылке? Типа: «Я точно знаю, что я прав, но всё-таки могу и ошибиться…»

Однако это – лишь внешнее сходство, лишь попытка эго оставить себе «запасной аэродром» на случай ошибки. Типа «я, эго, всё из себя такое предусмотрительное, предусмотрело даже собственные ошибки, кланяйтесь теперь мне ниже!» Внутренний смысл третьей посылки восьмеричной логики Махавиры не имеет ничего общего с подобной неуклюжей предусмотрительностью эго. Наоборот, эго здесь продолжает методично разбиваться, растворяться и расщепляться.

Принципиальная разница между внешним, бытовым и внутренним, истинным смыслами третьей посылки заключается в том, что, когда подобные конструкции возникают в быту, они предполагают альтернативность актуализации левой и правой частей выражения. То есть если кто-то и произносит нечто вроде : «Суслик есть, но, возможно, его и нет», это не значит, что он постиг Махавиру, это значит, что он лишь говорит, что если в какой-то момент времени вдруг обнаружится, что его утверждение о том, что суслик в поле есть, окажется ложным, он сможет продемонстрировать свою прозорливость, обращая внимание на правую часть: «я же ещё тогда говорил, что, возможно, его там нет!»

В отличие от этого медвежьего изящества привычной трактовки внешнего облика третьей посылки Махавиры её истинная трактовка воистину революционна и бескомпромиссна. В третьей посылке Махавира утверждает ОДНОВРЕМЕННОСТЬ левой и правой частей. Он говорит о тонком – прямо сейчас, в один и тот же момент времени, которое, впрочем, уже не имеет никакого смысла, один и тот же суслик в одном и том же поле ТОЧНО есть, и ОДНОВРЕМЕННО с этим его там, ВОЗМОЖНО, нет. И наоборот: суслика в поле ТОЧНО нет, и ОДНОВРЕМЕННО с этим он там, ВОЗМОЖНО, есть. Всё, что мы знаем о сусликах в полях вообще, и об этом конкретном суслике в конкретном поле в частности, не противоречит тому, чтобы он, суслик, точно существовал на данном поле И ВМЕСТЕ С ТЕМ, возможно, его тут не было. И наоборот.

4. Суслик в поле И есть, И нет – что делать, когда Сута-Майя-Паннья противоречит Чинта-Майя-Паннье?

Имеющийся у нас объём наблюдаемой и выведенной логическим путём информации позволяет говорить об отсутствии противоречия в одновременном утверждении двух, казалось бы, противоположных друг другу посылках. Получается нечто вроде:

a. Да, мы не видим суслика глазами. Но умом понимаем, что он там есть!

b. Да, мы понимаем умом, что суслик в поле есть. Но мы не видим его глазами!

Обе эти посылки совершенно равноправны и говорят об одном и том же – ненаблюдаемость суслика глазами не является доказательством его отсутствия на поле И ТУТ ЖЕ наш жизненный опыт, говорящий, что суслик на поле есть, не подтверждается зрительным наблюдением. Какой посылке, a или b, будет отдан приоритет, зависит лишь от накопленных санкар конкретного ума.

Относясь достаточно ответственно к суждениям собственного ума, уже на уровне четвёртой посылки восьмеричной логики Махавиры (до восьмой ещё достаточно далеко!) можно увидеть, что Реальность не заключается в какой-либо одной определённой директиве. «Верно», оказывается, существует наряду с «неверно», «правильно» существует наряду с «неправильно», и вообще «существует» существует наряду с «не существует»…

5. Суслик в поле НИ есть, НИ нет – парадокс как вершина логики.

Это ¬– уже Дзен. Когда истощённый, но утончившийся ум начинает понимать, что он просто неспособен остановиться на какой-то одной крайности из набора «суслик есть – суслика нет», как это расписано в комментариях к предыдущей посылке, он порождает новое состояние – парадоксальное. Частично в этом присутствует протест против собственного бессилия, против ограниченности того аппарата, которым ум традиционно познаёт Реальность. Ум предполагает – с сусликом что-то не так. Он не то, чтобы есть, но и не то, чтобы нет.

Ум даже не может толком дать какое-нибудь название этому состоянию. Проблема не в названии, а в том, что любое название предполагает определённость. Типа, хорошо, раз «суслик есть» не подходит и «суслика нет» тоже не подходит, назовём это новое состояние «суслик пых»! Но по более тонкому пониманию становится ясно, что проблема на в названии, а в назывании – как только нечто названо как-то, это значит, что по-другому это нечто называть уже вроде как неправильно. А «неправильно» исчезло ещё пункт назад. К примеру, коль скоро появился «суслик пых», значит, нужно начинать разбираться с «сусликом не-пых».

Ум понимает – что-то не так с ним самим.

6. Суслик в поле ТОЧНО есть, и при этом НИЧЕГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СКАЗАНО о том, нет ли его (обратное: суслика в поле ТОЧНО нет, и при этом НИЧЕГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СКАЗАНО о том, есть ли он).

7. Суслик в поле, ВОЗМОЖНО, есть, и при этом НИЧЕГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СКАЗАНО о том, нет ли его (обратное: суслика в поле, ВОЗМОЖНО, нет, и при этом НИЧЕГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СКАЗАНО о том, есть ли он).

8. НИЧЕГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СКАЗАНО о том, есть ли суслик в поле или его там нет – приехали!

Комментарии к трём последним посылкам сводятся к тому, что в этих посылках появляется и громогласно заявляет о себе чистая неприукрашенная Неопределённость. Это не та Возможность существования или несуществования суслика в поле, как в посылках 2 и 3, а Неопределённость с большой буквы, во всей своей ослепительной чистоте и бескомпромиссном великолепии – НИЧЕГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СКАЗАНО! Это значит – сказано может быть всё, что угодно, но что бы ни было сказано, будет ограничивать действительное положение дел. Это значит, что можно говорить, что суслик есть, что его нет, что он появится через год или был год назад, что от него осталась лишь улыбка или рожки да ножки – это всё будет правдой. Но не Истиной, которая бесконечно богаче вариантами и состояниями, которая не имеет вариантов и состояний, ибо Аничча и Неопределённость не дают возможности произвести какие бы то ни было измерения без наложения ограничений на суть этой самой Истины…

Махавира понял удивительную вещь – ум можно и нужно останавливать, но его невозможно остановить окончательно и навсегда. Ведь для того, чтобы понять, остановлен ли ум, необходим его владелец («Я»), который мыслью спросит свой ум, остановлен ли он, и эта самая мысль не позволит уму оставаться в покое – ум начнёт выискивать различные критерии проверки того, насколько он остановлен, и в итоге разгонится настолько, что и не угнаться.

Поэтому в какой-то момент, теряя всё больше и всё тоньше, Махавира стал смотреть не на мысли, а сквозь них. Он увидел мысль, возникающую из Пустоты как реакция ума на Контакт, как результат наличия в нама-рупе шести чувственных основ. Он увидел, что появляющаяся мысль обусловлена санкарами, и привязанность к этой мысли также обусловлена санкарами. Он увидел, что одни санкары обусловлены другими санкарами, как вкус супа – вкусами его ингредиентов. Он увидел, что «Я» в действительности представляет собой сообщество непостоянных санкар, безостановочно сжигающих и порождающих одна другую. Он сумел рассечь и растворить структуру этих санкар и увидеть, что грубые санкары состоят из множества мелких и тонких, как грозовые облака – из прозрачных капель…

Он пережил себя как Вселенную. Он пережил Вселенную как себя.

Он стал нищим, этот Махавира. Как и другой нищий, Гаутама, до конца дней своих он ходил по миру, прося подаяние. Позднее был зачислен в ряд основателей религии под названием «джайнизм»…

…Зачем кому-то нужно ковыряться в собственном, и без того не слишком устойчивом, уме, постигая эту заковыристую восьмеричную логику? Да просто затем, чтобы с её помощью перешагнуть через ограниченность ума, постоянно говорящего: «Вот это мне это нужно, а вот это – нет!» Затем, чтобы вырваться из плена санкар, порождающих привязанности и отвращения, на простор Неопределённости, где, поддерживаемый крыльями Осознанности и Уравновешенности, спокойным и мудрым орлом Дух станет парить над трясиной сна и выбора, над иллюзиями и заблуждениями воплощённого существования…

Ох я и загоняюсь! :)